Красное солнце садится в барханы, Золото сыплем в

Красное солнце садится в барханы, Золото сыплем в пустые карманы. Ветер пустыни крадёт поцелуи, В жилах не кровь — раскалённые струи. Чёрный туман над оазисом вьётся, Кто здесь хозяин — тому и поётся. Тени танцуют под шёпот металла, Нам этой ночи покажется мало. Этот песок помнит каждый мой шаг, В небе горит мой единственный знак. Слышишь, как бьётся в груди барабан? Здесь оживает великий обман. Золото, дым, ледяная роса, Смотрят в упор из-под маски глаза. Мы забираем всё то, что блестит, Город под нами сегодня не спит. Шёлк обжигает, как пламя костра, Мы не уйдём отсюда до утра. Яды и мёд в серебре на подносе, Мы получили всё то, что попросим. Кольца на пальцах, нагайка в руке, Тайные знаки на мёртвом песке. Сталь ледяная за тонким ремнём, Мы это пламя в ладонях несём. Этот песок помнит каждый мой шаг, В небе горит мой единственный знак. Слышишь, как бьётся в груди барабан? Здесь оживает великий обман. Золото, дым, ледяная роса, Смотрят в упор из-под маски глаза. Мы забираем всё то, что блестит, Город под нами сегодня не спит. Свет фонарей режет мглу, как кинжал, Я слишком долго этот миг ждал. Рык мотора в глухой тишине, Духи пустыни приходят ко мне. Миражи тают в полночном бреду, Я за собою тебя уведу. Сквозь миражи, через бури и зной, Весь этот мир пойдёт за мной.