молодость

Ночь мигает ларьками, как ёлка. И мы опять никуда не едем. Ты смеёшься так громко, будто победила февраль, На тебе дешёвый свитер пахнет дымом и дождями. Мы сидим на качелях возле старой шаурмы, И весь город замер будто ждёт конца зимы. Маршрутки проплывают мимо сонными китами, Кто-то снова выясняет отношения матами. А у нас в кармане мелочь, две зажигалки, жвачка, Но ты танцуешь во дворе так, словно жизнь — подачка. Ларёк горит в ночи малиновым аквариумом, Я бы мог сейчас пропасть, но остаюсь нечаянно. Потому что твои руки тёплые, как батареи, В этом городе больных подъездов и истерик. Эй, Пока мигают фонари над нашими дворами, Мы бессмертны и пьяны, как песни под окнами. И пускай весь этот мир скрипит ржавыми костями — Ты смеёшься, и район становится огромным. Эй, Пусть на небе только смог и провода косые, Мы бежим через квартал как дети заводные. И пока в твоих глазах горит живая вода — Мне не страшно никогда. У тебя в рюкзаке духи, тетрадки и пол-лета, У меня в башке бардак и мятые куплеты. Мы заходим в круглосуточный погреться ненадолго, Там охранник смотрит так, будто видел слишком много. Ты рисуешь мне на куртке улыбку маркером, Говоришь: «Не умирай раньше времени, ладно?» И я верю почему-то в эту глупую минуту, Будто нас не перемелют ни работа, ни маршруты. А над нами облака плывут как грязный пластырь, Но сегодня целый мир будто сделан из пластика: Лёгкий, хрупкий и смешной, как жвачка из киоска, Где любовь стоит дешевле энергетика подросткам. Эй, Пока мигают фонари над нашими дворами, Мы бессмертны и пьяны, как песни под окнами. И пускай весь этот мир скрипит ржавыми костями — Ты смеёшься, и район становится огромным. Эй, Пусть на небе только смог и провода косые, Мы бежим через квартал как дети заводные. И пока в твоих глазах горит живая вода — Мне не страшно никогда. Ночь шуршит пакетами… Автобусы спят в депо… А мы всё идём куда-то, Будто впереди обязательно что-то хорошее.