На Дубровке туман, фонари светят криво, Здесь бето

На Дубровке туман, фонари светят криво, Здесь бетонные джунгли глотают ретивых. Выход из метро, эскалатор как вечность, Мы ныряем в квартал, где царит бессердечность. Тут на каждом углу тени ищут клиента, Вдоль обочин стоят, ждут удачного момента. Шпильки бьют по асфальту, юбки выше колена, В этом блоке любовь — лишь товар и измена. Слышишь этот ритм? Это бьется Дубровка. Тут за каждым углом ждет чужая уловка. Блок не верит слезам, блок не знает пощады, Мы гуляем во тьме, нам другого не надо. А в квартире на пятом, где обои в полоску, Веня смотрит в окно, собирая отголоски. Он мальчик-аутист, мир его — цифры и знаки, Он не видит блядей и порезанной драки. Для него этот шум — предсказуемый хаос, Он не слышит, как в глотке застревает безжалостность. Венеамин ловит свет, пальцы чертят узоры, Пока город плетет свои грязные споры. Слышишь этот ритм? Это бьется Дубровка. Тут за каждым углом ждет чужая уловка. Блок не верит слезам, блок не знает пощады, Мы гуляем во тьме, нам другого не надо. На Дубровке рассвет не приносит покоя, Проститутки уходят, забирая святое. Блок ворочается, тени прячутся в щели, Мы опять на листе, мы опять на прицеле. Веня тихо уснул, дочитав свои коды, Ему плевать на расклады и капризы погоды. Метро снова откроет холодные пасти, Разрывая наш мир на дешевые части. Слышишь этот ритм? Это бьется Дубровка. Тут за каждым углом ждет чужая уловка. Блок не верит слезам, блок не знает пощады, Мы гуляем во тьме, нам другого не надо.