Куплет 1) СелО просыпАется — петУх орЁт, как сирЕ

(Куплет 1) Село просыпается — петух орёт, как сирена, Ровные пацаны уже крутят стартеры уверенно. Питбайк дрожит под коленями, мотор рычит, как зверь, Мы вылетаем из двора — пыль летит, будто фейерверк. Фильтр чистый, цепь натянута — всё по делу, без суеты, Моточасы считают каждый метр нашей крутой мечты. Даже дед у забора хмыкнул: «Опять гоняете, черти?» А мы ему: «Дед, без Этого нам тут никак на свете!» (Припев) Газ в пол, прыжок — и снова вперёд, Село и питбайки — Это наш народ. Городским не понять Этот запах травы и пыли, Тут не про глянец — тут про то, чтоб сердце било! (Куплет 2) Из города Едут — в кроссовках, с видом на миллион, смотрят косо: «Что вы делаете, какой тут закон?» А наши пацаны просто делают своё: прохват по оврагам, Каждый комок земли — как медаль, как знак отваги. Одна девчонка смеётся: «Ну вы даёте, лихачи!» А наш Вован ей: «Держись крепче — сейчас будет крутой вираж!» И вот она визжит, но глаза горят, как фары ночью, Это круче любого клуба, любого города точно. (Бридж) А потом — рыбалка: тишина, туман над рекой, Удочка в руках, и весь мир будто стал другой. Ровный пацан не кричит — он просто знает, что делает, И если надо — за своих встанет, не раздумывая, смело. Но городские опять лезут с разговорами пустыми, Будто тут только грязь и скука, будто мы тут чужие. Слово за слово, взгляд не тот — и воздух сразу гуще, Тут свои законы: слабых не жмут, но и в спину не бьют, слышишь? (Куплет 3) И вот уже не слова — а кулаки решают спор, Драки тут не ради хайпа — тут решают, кто тут свой. Городские думали, что сила — в понтах и в лайках, А тут сила — в том, что рядом стоят не чужие, а братья. Один городской кричит: «Да я в секции два года был!» А наш Серёга спокойно: «Тут не секции — тут жизнь, брат!» И снова газ, снова прыжок, снова ветер бьёт в лицо, Это не просто езда — Это наше родное кольцо. (Смешная вставка) Один городской потом спрашивает: «А сколько моточасов надо, чтобы стать местным?» А дед ему: «Сынок, тут не моточасы считают — тут характер меряют!» И все пацаны заржали, а питбайки снова зарычали.