AI-песня в жанре хип-хоп, меланхоличная, грустная · #2EC8592

Быть в одиночестве - тоска, И это каждый точно знает. Как не дотронется рука Того, кто боль всю понимает. Среди людей, пустых всех лиц Бредем по жизни неустанно. В глухой беспечности границ Мы ищем свет свой постоянно. Тот человек, что одинок: Всегда он был подобен волку. Он сам попался на крючок Своей беды, что так надолго Его терзать и мучать будет, Самолюбие теша, С нее то, толком, не убудет, А он - вернется без гроша. И каждый вечер — словно круг,
Где дни сливаются в ненастье.
Не слышен сердца ровный стук
В чужом, придуманном участье.
Он научился просто жить,
Скрывая раны все под кожей,
И даже боль свою делить
Уже не может. И не сможет. Он стал привычен темноте,
Как лес осенний — к вою ветра.
И в бесконечной пустоте
Не ждет ни взгляда, ни ответа.
Лишь изредка в ночной тиши,
Когда весь мир во сне пребудет,
Ему становится страшней
От мысли: «Так теперь и будет…» И он идет чрез все года,
Сутуля плечи под метелью.
Не просит счастья никогда,
Не верит он и во спасенье.
В глазах — усталость долгих зим,
В душе — лишь пули ожиданий.
Он столько раз был нелюбим,
Что разучился ждать признаний. Когда-то верил: есть тепло,
Есть человек — родной до боли,
С кем можно скинуть тяжело
Все цепи внутренней неволи.
Но жизнь смеялась вновь и вновь,
Ломая хрупкие надежды,
Его остывшая любовь
Уже не грела так, как прежде. Он помнит каждый свой провал,
Все двери, что пред ним закрылись.
Как долго руки простирал —
Об камни как мечты разбились.
И каждый раз, идя ко дну,
Он становился только тише.
Теперь молчит… И в тишину
Лишь снег ночной ложится свыше. Среди толпы чужих людей
Он стал почти что незаметен.
Никто не спросит: «Как ты? Эй…»
Никто душой ему не светел.
И даже если рядом смех,
Он в нем участвовать не станет.
Ведь одиночество для тех,
Кто слишком долго сердцем ранен. Он — будто зверь среди лесов,
Что потерял однажды стаю.
И тяжесть собственных оков
Несет, ни с кем не разделяя.
Уже не ищет он любви —
Она ему страшнее боли.
Ведь умирают соловьи,
Когда их держат против воли. И только месяц в вышине
Порой становится ответом,
Как он в звенящей тишине
Стоит один под тусклым светом.
И в этом мире ледяном,
Где чувства гаснут понемногу,
Он стал ненужным существом,
Забытым всеми понемногу. Ему бы просто — чьей-то стать
Опорой тихой и любимой.
Ему бы только не молчать
Средь этой пустоты незримой.
Но годы вытравили свет,
И сердце сжалось от потери.
Он никому не скажет: «Нет»,
Но так же никому не верит.
И в этом вое — боль и тьма,
И крик души, давно разбитой.
Ведь если выжжена дотла —
То что еще хранить сокрытым? Он был один. И стал чужим
Для мира шумного, пустого.
И лишь луна сквозь серый дым
Его всю боль принять готова.
Когда никто не ждет к утру,
Когда душа от стужи стынет, Он горько воет на луну, Ведь одинок он в этом мире.