Серега и Елки

Тишина в лесной глуши, только ветер стонет, Сергей крадётся в камышах, никого не тронет. Он не просит кошелёк, не берёт игрушки, У него в рюкзаке — секатор и пилушки. Он на ёлку — прыг-скок, цап за криволапу, Обрубает сук под корень, прячет в свою папу. «Вязы, клёны, берегитесь, тополя — тем более! Я — Сергей, король обрезки, я краду дровишки в поле!» У-у-у, Серёжа — лесный вор, Он не грабит «Пятёрочку», он стрижёт забор. Утащил берёзе руку, иве — кисть, Фикус плачет в горшке: «Сергей, смилуйся, отпусти!» Ночью дятел долбит SOS: «Помогите, братцы!» Сергей фанатик-паркетик, не хочет он сдаваться. В его сарае зловещем, в тишине кромешной, Сотня веток плачут хором: «Отпусти нас, грешный!» Зачем ему метёлки, прутья, черенки? Может, вяжет он веники до зорьки у реки? Или строит он шалаш, чтоб гадать на палочках? Или просто, как дракон, спит на этих залежах? У-у-у, Серёжа — лесный вор, Он не грабит «Пятёрочку», он стрижёт забор. Утащил берёзе руку, иве — кисть, Фикус плачет в горшке: «Сергей, смилуйся, отпусти!» «Это не для продажи, — шепчет Сергей, — Я собираю коллекцию уникальных ветвей. У этой — узел удачи, у той — изгиб успеха, А эту я украл, потому что она похожа на эхо». Сергей идёт, следы заметает, Ветка в рюкзаке о чём-то рыдает. Лесник смотрит в рацию: «Приём, центр, беда! У нас похищен куст ольхи, в розыск, господа!» «Отдай корягу, Серёжа... ну пожалуйста...»