Bitlo - Это история Доброго и Сабрины, Она из самого сердц...

[TELEGRAM] Это история Доброго и Сабрины, Она из самого сердца, послушай... Мы в Комсомольском встретились случайно, Я ей сказал, что станем мы парой. Она ответила: «Моя душа изранена», Но я принял её со всей её тоской. Я был нечестен, я затеял игры, Скрывал за ложью истинный свой лик. Обидел ту, чьи чувства были святы, И в этот омут сам упал в один лишь миг. Жизнь — это странная игра, И сердце мечется порой. Но настоящая любовь одна, Она останется со мной. Она давала шансы мне дважды, Ведь в Комсомольском ждала в тишине. Но я не видел, был глупым и жадным, Не понимал, что она — всё во мне. Она обиделась, сказала: «Ухожу, Я разобью всё то, что мы сложили». Но я по-прежнему одной тобой дышу, Хоть мы костёр надежды не дотушили. Сабрина, не уходи, постой, Пусть всё плохое пеплом станет. Ты в памяти моей, я твой, Твой образ сердце не обманет. Сабрина, не бросай меня, Мой пульс стучит — твоё в нём имя. День ото дня, день ото дня, Ты будь единственной моей. Я попросил сестру Мадину в этот раз, Чтобы она пошла и привела тебя. Пусть ложь сгорит, исчезнет с глаз, Но не любовь, что мучает меня. В конце концов скажу тебе открыто: Люблю тебя, не забывай об этом. Судьба Доброго и Сабрины сшита, Одним теплом и общим светом. Сквозь бесконечность долгих ночей, Сквозь мысли, что бьют током по вискам, Лишь одно имя горит всё светлей В сердце, что брошено к твоим ногам. Когда-то в Комсомольском всё началось, Среди аллей, где пряталась весна. Пусть расстояние между нами пролегло, Но в каждом вдохе ты мне так нужна. Чем дальше ты, тем память твоя ближе, Пусть утекают годы, как вода. Твоё лицо я в каждом сне увижу, Ты в моём сердце заперта всегда. Сабрина, не уходи, постой, Пусть всё плохое пеплом станет. Ты в памяти моей, я твой, Твой образ сердце не обманет. Добрый пишет эти строки сейчас, Свою душу вкладывает в каждый реп. Среди битов и громких фраз Он ищет к дому твоему след. И напоследок я повторю любя: Ты жизнь моя, ты свет во тьме. Я никогда не разлюблю тебя, До самой смерти,