Алкашня

Июнь горел асфальтом, плавились дворы, Мы вышли из тени до утренней зари. Начищенная в глянец, низкая до дна, Четырка под окном вовсю заряжена. Кирилл крутит баранку, музыка орет, Илья за пачкой сигарет летит вперед. А Юля на сиденье сзади ловит кайф, Вся наша жизнь сейчас — один сплошной драйв. Летели дни в бокалах, ночи — в хлам, Мы лето разделили пополам. В багажнике сабвуфер бьет в виски, Мы пили лето, дохли от тоски, Но заводили мотор и снова в путь, Чтобы в рассвете синем утонуть. Блестит литье, ксенон резрезает тьму, Зачем нам спать? Мы сами не поймем — кому Нужны интриги, планы и дела, Когда нас трасса вдаль за город унесла. Илья смеется, Юля просит «под навали», Мы в этом темпе тридцать дней уже не спали. Кирилл втыкает передачу, газ в упор, Четырка рвет тишину, как дикий зверь, простор. Летели дни в бокалах, ночи — в хлам, Мы лето разделили пополам. В багажнике сабвуфер бьет в виски, Мы пили лето, дохли от тоски, Но заводили мотор и снова в путь, Чтобы в рассвете синем утонуть. На донышке осталось золото августа, Мы пропили всё лето, и черт с ним, пожалуйста. Пустые банки, чеки, пыль на лобовом, Мы вспомним в октябре о том, как мы живем. Три друга, три судьбы и старый верный таз, И этот сумасшедший, бесконечный час. Летели дни в бокалах, ночи — в хлам, Мы лето разделили пополам. В багажнике сабвуфер бьет в виски, Мы пили лето, дохли от тоски, Но заводили мотор и снова в путь, Чтобы в рассвете синем утонуть.