Белые стены, запах лекарств и тревога, Длинные буд

Белые стены, запах лекарств и тревога, Длинные будни, в которых не видно исхода. В этой стерильной тиши, где секунды застыли, Мы в коридоре глазами друг друга открыли. Ты в синем халате сидела на старой скамье, Словно случайный подснежник в холодной зиме. Я подошел, заикаясь, спросил про часы, И в этот миг я пропал в свете капелек росы. Между капельниц и снов, Где не нужно лишних слов, Мы построили свой мир, Наш невидимый эфир. Пусть вокруг зима и боль, В венах бьется лишь любовь, В этом здании из льда Ты — моя живая вода. Вечер обходит палаты, гася этажи, Мы шепотом в холле сплетаем свои две души. Ты говоришь о мечтах, где не будет врачей, Где мы гуляем по парку в сиянье лучей. Градусник мерит тепло, но не то, что внутри, В наших ладонях зажглись золотые огни. Даже когда затихают шаги медсестер, В сердце моем разгорается яркий костер. Между капельниц и снов, Где не нужно лишних слов, Мы построили свой мир, Наш невидимый эфир. Пусть вокруг зима и боль, В венах бьется лишь любовь, В этом здании из льда Ты — моя живая вода. Скоро нас выпишут, двери откроет весна, Ты навсегда в моем сердце теперь зажжена. Пусть этот адрес останется горьким пятном, Главное то, что мы вышли отсюда вдвоем. Где не нужно лишних слов, В венах бьется лишь любовь. В этом здании из льда Мы спаслись навсегда.