Куплет 1 В Кропоткине тихо ложился закат, В Сарат

Куплет 1 В Кропоткине тихо ложился закат, В Саратове Волга качала мосты. Экран телефона связал двух ребят, Стирая за секунду любые версты. Он — парень с Кубани, суровый боец, С позывным гордым «Куба» на камуфляже. Она — его Оля. И стук двух сердец Стал общим с минуты их первой же связи. Припев Двадцать четыре на семь в сети, Глаза в глаза — и сразу влюбились. «Потерпи, мой заяц, ещё чуть-чуть потерпи», — Слова на экране в разлуке светились. Он обещал приехать в августе к ней, Сквозь пули шептал: «Я скоро вернусь...» Но в небе сгорел силуэт журавлей, Оставив Саратову вечную грусть. Куплет 2 Они не ложились неделями спать, Ловили минуты меж каждым обстрелом. Она обещала его верно ждать, Хоть плакало сердце и выло, и пело. Кубань и Поволжье сплотила война, Любовь расцвела под огнём канонады. Она у экрана сидела одна, И слёзы катились, как капли баллады. Припев Двадцать четыре на семь в сети, Глаза в глаза — и сразу влюбились. «Потерпи, мой заяц, ещё чуть-чуть потерпи», — Слова на экране в разлуке светились. Он обещал приехать в августе к ней, Сквозь пули шептал: «Я скоро вернусь...» Но в небе сгорел силуэт журавлей, Оставив Саратову вечную грусть. Бридж Июль полыхнул беспощадным огнём, Оборвался звонок, и затих телефон. Ушёл позывной «Куба» в вечность и гром, Оставив лишь страшный, несбывшийся сон. Август не встретит его на перроне, Не сбудутся планы, застыли слова... Коробочка красная в Олиной ладони — Орден Мужества. Память жива. Ауткро (Финал) В Кропоткине снова ложится закат, В Саратове Оля глядит на экран. Там «Куба» улыбается — вечный солдат, Герой, что ушёл в тишину и туман. «Потерпи, мой заяц...» — звучит в тишине. И плачет Поволжье о парне с Кубани.