Мелкая пыль на разбитых стеклах прихожей, Твой не

Мелкая пыль на разбитых стеклах прихожей, Твой недопитый кофе давно остыл. Мир за окном всё такой же — тревожный, прохожий, Только в груди не хватает на выдох сил. Ты ждала не вестей, а короткого: «Жив, родная». Ты умела молчать, когда в трубке гремел металл. Я записывал войны, сюжеты в блокнот собирая, А главную правду в глазах твоих не прочитал. Аня, ты стала моим невидимым тылом, Светлым лучом на измятых в пути чертежах. Всё, что когда-то в полях ледяных не застыло, Это лишь память, что ты берегла в руках. Аня, над городом небо опять в переливах, Тихое утро, которого ты не дождалась. В каждом моем репортаже, в пустых объективах — Горькая нежность и вечная наша связь. Старые снимки — ты в синем домашнем платье, Там, где нет взрывов и вязкой ночной тишины. Я бы отдал все медали, все сроки и статьи, Чтобы вернуть тебя из этой чужой глубины. Ты говорила: «Вернись, остальное неважно», Я возвращался, пропахший костром и бедой. Теперь я стучусь в эту дверь одиноко и жадно, Но дом не наполнен, как прежде, твоей добротой. Аня, ты стала моим невидимым тылом, Светлым лучом на измятых в пути чертежах. Всё, что когда-то в полях ледяных не застыло, Это лишь память, что ты берегла в руках. Аня, над городом небо опять в переливах, Тихое утро, которого ты не дождалась. В каждом моем репортаже, в пустых объективах — Горькая нежность и вечная наша связь. Ветер качает шторы в пустой квартире, Время стирает даты, но не черты. В самом жестоком, в самом безумном мире Самым чистым текстом останешься только ты.