ччя

Он стоял, в душе — холодный лёд, Ветер шептал: «Что же произойдёт?» Луна померкла, рассвет близок, А в сердце — вопрос, в глазах — вопрос дикий. «Кто монстр был?» — эхом в голове, Он вспомнил взгляд — не зло, а беде. Она не хотела, как и он, Но путь избран, и выбор — вон. Годы шли, в памяти — тот час, Охотник стал тише, взгляд — угас. В снах являлась, тень у окна, Шептала: «Судьба нам дана не одна». Красная луна вновь взошла над лесами, Тени длинны, полны чудесами. Он вышел в ночь, шаг — и дрожь, В воздухе — шёпот, в сердце — ложь. Вдруг услышал шёпот — знакомый, живой: «Ты искал ответ, но он — не в крови. Мы — две тени, два пути, Судьба связала — не разнести». Он обернулся — в тени, вдали, Та же вампирша, но без вражды. Взгляд не ледяной, а тёплый, свой, «Прощай, охотник», — голос живой. Он понял вдруг: не она — беда, А страх и ненависть — вот беда всегда. Луна погасла, рассвет пришёл, Мир изменился — он в нём нашёл Не врага, а душу, что страдала, Не войну, а истину искала. И в тишине, под утренней звездой, Он прошептал: «Прости… мы с тобой».