Солнце жарит, во дворе жара под тридцать пять, Гос

Солнце жарит, во дворе жара под тридцать пять, Гости чинно собрались, чтоб просто постоять. Все в нарядах дорогих, боятся сделать шаг, Но у мамы Лены в голове совсем другой рычаг. Она бокалом весело со звоном дребезжит, Вино искрится в хрустале, душа её летит. Не сняв кроссовки и пиджак, в порыве озорном, Она взлетает над водой, забыв про всё крутом! Лена прыгает в бассейн прямо в платье, босиком, Брызги в небо, шум и смех — всё идет вверх дном! Над серьезными людьми хохот на весь сад, Маме Лене всё равно, каждый мокрый гад! Фил стоит у бортика, прическу причесал, «Мама, это перебор!» — он тихо прошептал. Но Лена машет из воды: «Эй, Фил, не будь нудным! В твоём возрасте и виде быть так скучно — трудно!» Она ныряет рыбкой, а потом кричит: «Гляди!» И шутит остро над сыном, что всё ещё впереди. Доливает в свой бокал рубиновый нектар, Для неё любой денек — это божий дар. Лена прыгает в бассейн прямо в платье, босиком, Брызги в небо, шум и смех — всё идет вверх дном! Над серьезными людьми хохот на весь сад, Маме Лене всё равно, каждый мокрый гад! Пусть тушь немного поплыла, и платье прилипло, Зато от смеха громкого в горле не осипло. Пока Фил ворчит под нос, вытирая телефон, Лена правит этой вечеринкой, заняв свой трон. Вино допито до конца, в глазах горят огни, Попробуй, Лена, нас ещё разок всех догони! Пока другие кутаются в сухие полотенца, В ней живет энергия шального младенца. Лена прыгает в бассейн прямо в платье, босиком, Брызги в небо, шум и смех — всё идет вверх дном! Над серьезными людьми хохот на весь сад, Маме Лене всё равно, каждый мокрый гад!