Двадцать два дюйма, качусь будто по льду В рюкзаке

Двадцать два дюйма, качусь будто по льду В рюкзаке железо, не зови меня на гулянку Я на блоке, где асфальт крошится в муку Заряжаю обойму, слышишь этот четкий «ку-ку»? Твой батя в Сбере, мой батя в федеральном розыске Мы не играем в игры, мы тут варимся в копоти Подъезд воняет сыростью и дешевым табаком Я залетаю в хату, вышибая двери сапогом. Это детройтский звук, тут не прощают ошибок Твоя банда — это кучка напуганных улыбок Андеграунд дышит гарью, бетон хавает свет Если ты не с нашего двора, то тебя здесь нет. Это подземный гул, тут каждый день как война В стакане мутная жижа, в голове тишина Улица помнит всех, кто ушел за черту Мы делаем бабки, пока ты несешь ерунду. Я не читаю рэп, я выплевываю факты в микро В моем районе даже крысы знают про метро Где скидывают вес, где прячут концы в воду Я не верю в удачу, я верю в свою породу. Пятерка в кармане, на ногах грязные кеды Мы не ждем трамвая, мы крадем велосипеды Опять мигалки вдалеке, пора менять локацию Я слишком быстр для их тупой приватизации. Мама просила быть тише, но колонки хрипят Тут каждый второй — либо черт, либо брат Я путаю следы, залетаю в темную арку В этом бизнесе жарко, не ищи тут подарку. Чекни мой флоу, он ломаный как твой нос Я задаю ритм, а ты задаешь вопрос В этой бетонной коробке мы строим свой храм Где вместо ладана — дым, а вместо молитвы — шрам. Это детройтский звук, тут не прощают ошибок Твоя банда — это кучка напуганных улыбок Андеграунд дышит гарью, бетон хавает свет Если ты не с нашего двора, то тебя здесь нет. Это подземный гул, тут каждый день как война В стакане мутная жижа, в голове тишина Улица помнит всех, кто ушел за черту Мы делаем бабки, пока ты несешь ерунду.