В твоих глазах застыла соль морская, Хотя до побе

В твоих глазах застыла соль морская, Хотя до побережья сотни миль. Ты плачешь, над страницей замирая, В душе твоей то шторм, то полный штиль. Твой рост едва доходит мне до сердца, Но в этом маленьком теле целый мир. Ты в мир чужой открыла мягко дверцу, Стерев границы, словно ювелир. Я помню, как мы начали общаться, Тот первый день длиной в десятки лет. Мы не могли никак наговориться, Встречая вместе розовый рассвет. Ты говоришь на языке Шекспира, Вплетая в строки нежные слова, И для меня во всех широтах мира Лишь от тебя кружится голова. Моя маленькая девочка с мечтою об океане, Ты танцуешь в комнате, забыв про всё вокруг. Твои слезы — как жемчужины в ладони, в тумане, Я не выпущу тебя из самых верных рук. Пусть английская речь льется тихой и светлой волною, Я запомню тот день, когда замерли в небе часы. Я хочу быть твоим морем, твоею стеною, Ангел мой невысокой, но дивной красы. Ты кружишься, не чувствуя паркета, В ловушке ритма, в магии шагов. В тебе так много искреннего света И тайного тепла чужих берегов. Ты грезишь о песке и теплом бризе, О том, как волны лижут берега, А я люблю в тебе любой каприз твой И то, как ты безумно дорога. Смеешься ты или опять грустишь, Читая в подлиннике старые романы, Ты в тишине со мною говоришь Про города, про страны и лиманы. Один наш день — фундамент нашей веры, Один наш танец — путь длиною в жизнь. Ты выше всех, в тебе нет полумеры, За плечи посильней мои держись. Моя маленькая девочка с мечтою об океане, Ты танцуешь в комнате, забыв про всё вокруг. Твои слезы — как жемчужины в ладони, в тумане, Я не выпущу тебя из самых верных рук. Пусть английская речь льется тихой и светлой волною, Я запомню тот день, когда замерли в небе часы. Я хочу быть твоим морем, твоею стеною, Ангел мой невысокой, но дивной красы.