Вечер сползал по бетонным стенам, Холод в ладонях

Вечер сползал по бетонным стенам, Холод в ладонях, застыли тени. Я рисовала маршруты венам В этом ненужном и глупом смирении. Три часа боли в пустом переулке, Взгляд на этаж, где не светят окна. Сердце стучало отрывисто, гулко, Я под дождем до костей промокла. Я так ждала тебя у подъезда, Считала минуты, глотая дым. В твоей судьбе мне не хватило места, Ты стал холодным и стал чужим. Ты позвонил, и слова как выстрел: «Больше не любишь, не интересна». Рухнуло небо внезапно и быстро, В мире моем стало слишком тесно. Время застыло на тонком запястье, Мимо машины, чужие лица. Я ведь в руках принесла тебе счастье, Но ты позволил ему разбиться. Голос в трубке — ни капли дрожи, Просто финал, тишина и точка. Мы друг на друга теперь не похожи, Я ухожу в темноту одиночкой. Я так ждала тебя у подъезда, Считала минуты, глотая дым. В твоей судьбе мне не хватило места, Ты стал холодным и стал чужим. Ты позвонил, и слова как выстрел: «Больше не любишь, не интересна». Рухнуло небо внезапно и быстро, В мире моем стало слишком тесно. Фонари загорались и гасли опять, Я училась дышать без тебя, не ждать. Только эхо мобильного где-то внутри: «Не нужна», «Уходи», «На меня не смотри». Я так ждала тебя у подъезда... Больше не любишь. Не интересна.