Стены сжимаются, в комнате душно и тесно, Я задыха

Стены сжимаются, в комнате душно и тесно, Я задыхаюсь в остатках случайных речей. В этом безумии больше не ищут нам места, Я рассыпаюсь на сотни сухих мелочей. Пальцы дрожат, прикасаясь к невидимым граням, Я достаю до живого, сдирая края. Мы методично друг друга молчанием раним, В этой игре больше нет ни тебя, ни меня. Снова схожу я с ума, сдираю свою кожу, Я не услышу тебя — в этом мы так похожи. Я совсем не та, что согрела бы твою душу, Ты совсем не тот, ты мне больше уже не нужен. Холод струится по венам, как битое стекло, Голос твой тонет в помехах пустых частот. Всё, что когда-то во мне бесконечно цвело, Выжжено правдой, отправлено в полный расход. Ты смотришь мимо, сквозь серые тени фасадов, Ищешь во мне ту, которой давно уже нет. Мне не достичь твоего опустевшего ада, Я выключаю внутри догорающий свет. Снова схожу я с ума, сдираю свою кожу, Я не услышу тебя — в этом мы так похожи. Я совсем не та, что согрела бы твою душу, Ты совсем не тот, ты мне больше уже не нужен. Больше не больно, лишь пусто и слишком прозрачно, Слой за слоем стираю фантомную боль. Всё завершилось — логично и однозначно, Я забираю свою недопетую роль. Снова схожу я с ума. Я не услышу тебя. В этом мы так похожи. Ты мне уже не нужен.