На перроне холод, липкий туман, В голове твоей

На перроне холод, липкий туман, В голове твоей — дешёвый обман. Ты мечтала о вечном, о светлом пути, Но только в метро не сумела дойти. Вокруг не цветы, а серый бетон, И каждый прохожий — немой гарнизон. Ты брошена миром, ты брошена им, И воздух заполнил удушливый дым. Я лежу у вокзала, мне всё равно, Жизнь обернулась дрянным кино. В сумке окурки, в сердце дыра, Я проиграла всё этой ночью вчера. Пахнет мочой и сырой землей, Тот, кто был небом, стал пустотой. Тела неподвижны, застыли в ряду, Я в этом аду никуда не пойду. Всё это туфта: и любовь, и мечты, Слышишь, как рушатся в бездну мосты? Всё это туфта — твои слёзы и боль, На ранах открытых осталась лишь соль. В луже гнилой, среди мертвых теней, Нет больше завтра, нет больше дней. Всё это туфта. Он ушёл в переулки, не глядя назад, Оставил тебе этот выцветший сад. В вагоне метро ты не сдержала контроль, Унижена в край, доиграла ты роль. Вокруг штабелями ложатся тела, Ты этого ждала? Ты это звала? Бычки догорают в твоих волосах, И дикий мороз застывает в глазах. Да, я обоссалась в подземке хмельной, Смейтесь над этой нелепой виной. Бомжовская лужа — мой новый причал, Пусть сдохнет тот берег, что раньше качал. Среди трупов и мусора легче дышать, Чем снова и снова кого-то прощать. Мне кажется, здесь моё место теперь, Закрой за собою скрипучую дверь. Всё это туфта: и любовь, и мечты, Слышишь, как рушатся в бездну мосты? Всё это туфта — твои слёзы и боль, На ранах открытых осталась лишь соль. В луже гнилой, среди мертвых теней, Нет больше завтра, нет больше дней. Всё это туфта. Спи, дорогая, вокзал подождёт. Пусть меня снегом навек занесёт. Всё это туфта. Просто туфта. Ни звука, ни эха, одна пустота.