Эйгон Завоеватель

Куплет 1) С закатных морей, из чужих берегов, Где волки и лёд стерегут берега, Пришёл изгнанник без роду, без слов, Лишь алое пламя нёс на плечах. Никто не спросил, за какой страшный суд Он брошен был в нашу солёную клеть. Но красный дракон прочертил небеса, И город склонился, чтоб не умереть. Он взял наш Волантис не звоном меча — Он взял его правдой, что жгла горячо. (Припев) Эйгон Завоеватель! Красный Змей — его тень! Он вонзил в нашу полночь огненный день. Он сломал монополии, сжёг цепи оков, Дал хлеб голодным у Плачущих мостов. Валирия древняя слышала зов, Когда он касался её городов. Пой, Волантис, пой, Старый Город Вольных: Он был наш Король, наш Живой Огонь! (Куплет 2) Я видел, как жирные триархи легли, Как рухнули цены на хлеб и на соль. Он вычистил гниль из восточной земли, Услышал вдову, успокоил юдоль. А кроткая дева по имени Везения Вошла в его сердце, как в храм без дверей. И там, где боялись чужого вторжения, Расцвёл потаённый, но яркий ручей. Он стал нам не просто владыкой из стали — Он стал нам надеждой, что мы потеряли. (Припев) Эйгон Завоеватель! Красный Змей — его тень! Он вонзил в нашу полночь огненный день. Почти воскресил он Фригольд из руин, Валирийский порядок, где каждый — один. Чёрный камень шептал, расцветая в ночи, Башни древние вновь зажигали лучи. Пой, Волантис, пой, над седою водой: Он был наш Король, наш Живой Покой! (Бридж — голос падает, арфа дрожит) Но в степи, где трава выше наших знамён, Где ветер несёт только пепел и стон, Великий кхал Инарис, гроза всех племён, Настиг его солнце в пыли похорон... Дракон закричал над Травяным Морем, Когтями разверзнув дотракийский дым. Но аракх отыскал сердце, полное горем, И пал наш Король, став навеки седым. (Финал — мощно, но сдержанно, без надрыва) Спи, Эйгон, наш Воскреситель, наш Красный Змей, Спи, воин, муж, что был всех родней. Ты не был Шипом — ты был стеблем живым, Проросшим сквозь пепел к садам золотым. Валирия вновь засыпает во тьму, Но мы пронесём твоё имя сквозь тьму. Пой, Волантис, пой, пусть услышат Боги: Здесь жил Человек, что стоял на пороге Великого Завтра...