В небе расцвели чужие звёзды, Только это пламя, а

В небе расцвели чужие звёзды, Только это пламя, а не свет. Я вжимаюсь в стену, слишком поздно Задавать вопрос и ждать ответ. Сверху сыпет крошево и глина, В горле комом горечь и песок. Эта ночь — растянутая мина, Бьёт морозной дрожью в мой висок. А мама с папой дома меня ждут, Наверно, чай на кухне остывает. Они не знают, что секунды тут Свинцовым градом землю засыпают. Там старый пёс прижался у дверей, И тишина знакомая в прихожей... Господь, ты только их обереги, А я из тех, кто стать хотел подороже. Снова свист разрезал поднебесье, Я шепчу в ладони имена. В этом страшном, диком перелесье Правит бал холодная война. Мокрая шинель, сырая яма, Сердце бьётся птицей в тесной клетке. «Я приду, ты верь мне, слышишь, мама?» — Нацарапал мелом на таблетке. А мама с папой дома меня ждут, Наверно, чай на кухне остывает. Они не знают, что секунды тут Свинцовым градом землю засыпают. Там старый пёс прижался у дверей, И тишина знакомая в прихожей... Господь, ты только их обереги, А я из тех, кто стать хотел подороже. Фонари на улице погаснут, За окном — черёмухи прибой. Всё, что было ясным и прекрасным, Я закрыл сегодня здесь собой. Пусть не дрогнут на часах минуты, Пусть они спокойно лягут спать. Я в окопе, я дождусь салюта, Чтобы завтра их пойти обнять. А мама с папой дома меня ждут... Мама с папой дома меня ждут... Я вернусь.