Холодный иней на металле, В пустых глазницах — бел

Холодный иней на металле, В пустых глазницах — белый шум. Мы слишком долго здесь летали, Лишая мир ненужных дум. В моих ладонях стёрты знаки, Я вижу блеск кривой косы. Но кто я в этой вечной драке? Лишь винтик мёртвой полосы. Я не помню лица, я не помню имён, Только скрежет металла со всех сторон. Я охотник, рождённый во тьме ледяной, Но чей это голос надломлен во мной? Я бегу в никуда, за незримой чертой, К цели, что стала моей пустотой. В обломках тех, кого сломала, Я вижу странный, смутный след. Как будто я сама стояла Там, где теперь меня уж нет. Рабочий код, простые смены, Дыхание шахт, покой дорог... Но в сердце — только перемены И раскалённый в венах ток. Я не помню начала, не помню конца, Лишь холодный оскал стального лица. Я была одной из них — или это обман? Моя память уходит в густой туман. Я бегу до предела, по тонкому льду, Но цели своей никогда не найду. Зачем эти крылья? Зачем этот яд? Датчики боли привычно горят. Я — хищник, забывший свой собственный дом, Сгорающий в небе холодным огнём. Я бегу. Но куда? Я лечу. Но зачем? Я не помню себя. Только лязг. Только тлен.