Гул цеха, тяжелые удары металла о металл

(Гул цеха, тяжелые удары металла о металл) (Мрачный, низкий бас) Это для тех, кто уходил в никуда... С одним пакетом в руках. Hellars. Развод под корень. Свой дом оставил за спиной. Ушел в туман, забрав лишь то, что было под рукой. Один пакет вещей — вся жизнь в пластиковой таре, А впереди лишь неизвестность в ледяном угаре. Летняя кухня, сырость, старый скрип полов, Я жил один среди своих же выжженных тылов. Счет за аренду, алименты — всё по расписанию, Пока душа в ночи тонула в медленном терзании. Машинист на смене, за бортом гремит завод, Я грыз зубами землю этот бесконечный год. Долги по горло, допчасы, глаза горят огнем, Мы всё, что потеряли, обязательно вернем! Hellars — это шрам, что заживает на груди, Весь этот ад остался где-то там, позади. — Па-па... Я так ску-ча-ю... — Я то-же ску-ча-ю по те-бе, моё сол-ныш-ко. Она не даст увидеться, закроет все замки, Но жизнь дала мне шанс, когда я сжал в кулак пески. В один из летних дней я встретил ту, что стала светом, С глазами карими, согретыми моим секретом. У неё сын — пузатик малый, верный карапуз, Я их забрал к себе, порвав со всей семьёю уз. Цветные волосы, поддержка, теплый дом в тиши, Она — единственный бальзам для раненой души. И снова смена. Цех. Станки качают ритм. Я машинист своей судьбы, мой код не забит. Беру двойные смены, чтобы выплатить счета, Но теперь дома ждут — и это не пуста мечта. Она за спину встанет, если снова будет бой, Теперь я знаю точно: я вернулся сам собой. Hellars — это знак для тех, кто не привык сдаваться, Кто падал вниз, но смог из пепла подниматься. (Звук тяжелого механизма останавливается) Я всё закрою. Я всё выплачу. Ради них. Hellars.