В пустых коридорах застыл неслышный прибой, Я здес

В пустых коридорах застыл неслышный прибой, Я здесь остаюсь, запертый сам с собой. В груди бьется жизнь, но голос ее охрип, Под кожей — металла старый, знакомый скрип. А в зеркале — взгляд, что выцвел за много лет, В нем памяти горькой не гаснет полночный свет. Тишина и жизнь в одном сердце навсегда, Сквозь него стекает времени вода. Боль годами копится, не хочет утихать, Учит в немом пространстве ложиться и дышать. В паузе застыли смыслы и слова, Пока от тупого шума кружится голова. А звонкие номера в трубке опять гудят, Зовут из небытия, тянут за собой назад. Но пальцы застыли, не в силах нажать «ответ», Там, на другом конце, меня больше нет. Только короткие вспышки в глухой ночи, Когда всё живое внутри от тоски кричит. Тишина и жизнь в одном сердце навсегда, Сквозь него стекает времени вода. Боль годами копится, не хочет утихать, Учит в немом пространстве ложиться и дышать. В паузе застыли смыслы и слова, Пока от тупого шума кружится голова. Мир за стеклом продолжает безумный бег, Там падает дождь и ложится на плечи снег. Но здесь, в эпицентре этой земной тиши, Я слышу, как бьется осколок живой души. Звонкие номера гудят, гудят опять... Только тишину уже не разорвать.