В старой хрущевке на пятом этаже Снова проснулось

В старой хрущевке на пятом этаже Снова проснулось лихо в неглиже. Слышен на кухне тарелок погром, Барабашка гуляет, трясется весь дом. Мы не боимся полночных теней, Включай генератор, работай живей. У нас вместо ранцев — свинцовый запас, И старый Уазик доставит нас враз. Если в подъезде завыл домовой, Если по стенкам течет перегной, Не вызывай участковых и МЧС — Мы прекратим этот дьявольский стресс. Мы охотники за тенью в меховых воротниках, Держим плазменный излучатель в мозолистых руках. От Камчатки до столицы, сквозь туман и холода, Нечисть русская боится нас повсюду и всегда. Через вьюгу, через слякоть, через тернии и мглу — Мы загоним привидение в бетонный угол, в мглу. В старой усадьбе, где спал господин, Вылез из печки седой исполин. Воет кикимора в ржавой трубе, Ищет спасения в грешной судьбе. Но наш пылесос переделан в капкан, Не скроет фантома густой перегар. Святая вода и советский диод — И экзорцизм по России идет. Нам не платили полгода зарплату, Но мы привыкли к такому раскладу. Главное — чтобы в ловушке огни Ярко мигали в российской тени. Мы охотники за тенью в меховых воротниках, Держим плазменный излучатель в мозолистых руках. От Камчатки до столицы, сквозь туман и холода, Нечисть русская боится нас повсюду и всегда. Через вьюгу, через слякоть, через тернии и мглу — Мы загоним привидение в бетонный угол, в мглу. Не скрести перекрестные токи лучей, В этом районе и так нет врачей. Засасывай сущность, крути вентиля, Пусть спит спокойно родная земля. Мы охотники за тенью в меховых воротниках, Держим плазменный излучатель в мозолистых руках. От Камчатки до столицы, сквозь туман и холода, Нечисть русская боится нас повсюду и всегда.