Мужик

(Звук: Тихий гитарный перебор, звуки леса, пение птиц. Тёплый, спокойный голос) (Интро) У него была обычная жизнь. Работа, дом, семья. Он любил ходить в походы. В тот раз он пошёл один. Из леса он не вернулся. (Куплет 1 — светлый, размеренный) Он просыпался в семь, пил кофе с женой, Целовал её в щёку, шёл на завод сменой той. Дочь собирала портфель, кричала: "Пока, пап, жди", Он махал ей в окно, и так текли его дни. По выходным — шашлыки, футбол, гараж, Сосед занимал деньги, возвращал — не пропажа. Рыбалка на рассвете, лес, туман, тишина, Он говорил: "Мне мало надо, лишь бы была жена, Лишь бы дочь смеялась, лишь бы мир не горел, Я обычный мужик, я столько, сколько хотел". Он любил собирать грибы, знал каждый пень, Брал рюкзак, термос, бутерброд, и целый день Бродил по тропинкам, дышал, слушал ветер и птиц, Возвращался уставшим, но светлым, без лиц. В тот раз он сказал: "Пойду один, отдохну, Наберу черники, проветрю башку, вздохну". Жена улыбнулась: "Иди, только к вечеру будь", Он поцеловал её, дочь, и отправился в путь. (Припев — спокойный, но с тревогой) А лес стоял зелёный, шумел и молчал, Он шёл по тропинке, о чём-то своём бормотал. Солнце светило, птицы пели, и всё как всегда, Он не знал, что сегодня уйдёт навсегда. Он не знал, что за камнем, в тени, среди скал, Тот, кто тысячи лет здесь жил и молчал. (Куплет 2 — настороженный, тихий) Он зашёл далеко, туда, где тропы петляют, Где даже грибники ходить забывают. Черника была крупной, он рвал и клал в кузовок, И вдруг услышал хруст — кто-то шёл поперёк дорог. Он подумал: "Медведь. Или лось. Надо уйти", Но ноги не слушались, сердце ушло в пятки, прости. Из-за елей шагнула тень, огромная, как век, Два глаза горели, как у древних калек. Оно было в шерсти, пахло лесом, землёй и смертью, Оно смотрело в душу своими медвежьими плетьми. Он хотел закричать, но голос пропал, как вода, Он хотел побежать, но ноги прибили года. Оно шагнуло ближе, и земля задрожала, Он вспомнил жену, дочь, и как дочь рисовала Картинку, где папа с ней держит воздушный шар, А теперь он стоит и смотрит в дикий пожар. (Припев — тяжёлый, обречённый) А лес стоял зелёный, шумел и молчал, Он видел глаза, и в них свой финал читал. Солнце светило, птицы пели, но всё замерло вдруг, Он сделал шаг назад — и споткнулся о сук. Оно прыгнуло. Воздух лопнул, как хрупкий хрусталь. Боль пришла и ушла. И накрыла печаль. (Куплет 3 — последний, тихий) Он лежал на спине и смотрел сквозь ветки на свет, Кровь текла по траве, оставляя багровый след. Он думал о том, что не дописал тот отчёт, Что дочь не дождалась, не получила свой мёд. Что жена будет плакать, искать, звонить в морг, А он просто лежит, и никто не помог. Оно стояло рядом, смотрело, сопело, молчало, Потом развернулось и в чаще леса пропало. А он всё лежал, и небо плыло над ним, Он думал: "Как глупо. Зачем? Не объяснишь, не сними. Я просто хотел черники, просто хотел тишины, А нашёл только смерть от руки этой древней страны". Он закрыл глаза и услышал вдруг дочкин смех, И запах её