Встал я утром — чай остыл

Встал я утром — чай остыл, В холодильнике — один туман. Кто-то мне вчера подсыпал В суп из пакета «Бистро-обман». Побежал я на работу, В лифте соседка — кислый газ. Улыбается, а в глазах — забота, Просит денег в долг в сотый раз. Это мой быт — это доза, это яд, Каждый глоток — суицидальный расклад. На работе коллега — как мышьяк, В чате «Санкт-петербург» — тот же злак. Дома — жена, но вместо любви — Доза бытовой крови на кухонном столе. Телевизор вещает: «Всё путём», А мы яд с тобой ложкой единым клюём. Купил я хлеб — на этикетке — «яд». В молоке — растворитель для пят. В новостях — оптимистичный бред: «Воды пить не надо, еды у нас нет». Выпил кофе из вендинга — трясёт, Начальник уволить за опоздание ждёт. Друг написал: «Как ты там, брат?» Я ответил: «Отравлен. И каждый здесь рад». Припев (громче, с надрывом): Это мой быт — это доза, это яд, Каждый глоток — суицидальный расклад! В аптеке противогазов нет, Только успокоительных — на сто лет. А я хочу просто чаю глотнуть, Но даже вода — это медленный путь. Мы привыкли, что яд — это норма, Вот она, повседневная форма. Бридж (шёпотом, как в «Кукла колдуна»): Капля... вторая... десятая... год... Скажи мне, микстурный завод: Зачем ты сыплешь мне в рис и в уют То, от чего даже крысы не жрут? Соло (истеричный панк-перебор) Аутро: Я сегодня не умру. Но и жить — как в могилу с утра. Моя повседневность — яд. И твоя, кстати, тоже, сестра. (Шёпот) Доза... доза... доза... (Крик) НЕ ВЫВОДИТСЯ ИЗ ОРГАНИЗМА!