Чужбина Жизнь швыряла то вверх, то вниз, кружа в

Чужбина Жизнь швыряла то вверх, то вниз, кружа в своём водовороте, Не даруя ни дня спокойного в этом вечном обороте. Мне было четырнадцать — в сердце пылали мечты и надежды, Я грезил стать гордым и светлым творцом, покоряющим бездны. Но судьба прочертила иной путь у моих ног без возврата, И суровость дней наполнила душу глухой, тяжёлой утратой. Тёмной ночью, в час одинокий, я покинул родные края, С мокрыми от слёз глазами, от мамы и папы тая. К трём часам пополудни достиг я чужой, холодной земли, Не увидев родного праха, не услышав любимых голосов вдали. В аэропорту часами я ждал, проходя сквозь досмотр и тревоги, Измученный, голодный, усталый — лишь к Богу тянулись дороги. Лишь к пяти вечера дали мне право ступить на эту землю, Тогда я понял: отныне чужбина — мой удел и моя доля. Дни текут в работе тяжёлой, а ночи полны тоской по дому, Каждая капля слёз моих шепчет о боли, что не высказать словом. О, мама, твои молитвы — мой вечный спутник в пути далёком, О, Родина, твоя любовь вечно жива в сердце одиноком. Верю, что день настанет — с гордо поднятой головой вернусь, Юные мечты свои обниму в родных, долгожданных объятьях. Пусть чужбина жестока — душа моя не сломлена до сих пор, Надежда на возвращение светит, как утренний, чистый рассвет над горой. Честным трудом я дойду до вершин, что себе загадал когда-то, С гордостью, без стыда и страха, вернусь к маме и к Родине обратно.