Штурм

Над каналом висит свинцовый закат, Здесь каждый метр оплачен втройне. Часов Яр забирает лучших ребят, В этой долгой и страшной войне. Бетон крошится, стонет земля, В эфире хрипы и гари стена. Там, где когда-то цвели поля, Теперь лишь пепел и тишина. А за каналом небо в огне, Мы шли вперед сквозь шквал и дым. Кто-то остался в той тишине, Чтобы город не стал чужим. Кровью и сталью пропитан рассвет, Память павших хранят берега. Нас стало меньше, но гаснет свет Только в глазах у врага. Феникс из пепла поднялся опять, Алтай прикрывал, стиснув зубы до боли. Заяц успел из-под обстрела забрать Тех, кто остался в разорванном поле. Кадет не дрогнул, ведя за собой, Хоть небо рвалось воем снарядов. Мы вышли живыми из пекла в бой, Но нет половины товарищей рядом. А за каналом небо в огне, Мы шли вперед сквозь шквал и дым. Кто-то остался в той тишине, Чтобы город не стал чужим. Кровью и сталью пропитан рассвет, Память павших хранят берега. Нас стало меньше, но гаснет свет Только в глазах у врага. За каждый шаг, за каждый блиндаж, За тех, кто не встретит больше весну. Этот штурм — не геройский мираж, А горькая правда, ушедшая в тьму. Мы будем помнить их имена, Пока течет в жилах красная нить. Нас рассудит потом страна, Но павших уже не вернуть, не забыть. А за каналом небо в огне, Мы шли вперед сквозь шквал и дым. Кто-то остался в той тишине, Чтобы город не стал чужим. Кровью и сталью пропитан рассвет, Память павших хранят берега. Нас стало меньше, но гаснет свет Только в глазах у врага.