А на вокзале гаснут фонари

А на вокзале гаснут фонари, И поезд «Москва-владимир» уносят вдаль. Стоит Диман у бирюзовой двери, В кармане — мятая билетная печаль. Звенят монетки, в горле — ком большой, А у подруги на губах — замерзший след. Она сказала: «Жду тебя, постой, Легко любить, когда разлуки нет». А у Лизы-лизоньки глаза — как два прицела, Цвета осени, заката и огня. Дима выпил бы, да совесть заела, Что не сдержит она сердечного коня. Ты прости, что я, как ветер, беспризорный, Что моя любовь — в наколках и в тату. Но для той, что носит имя Лизы, Я Владимирский централ переверну. Она не из простых, у ней — уют, Квартира в центре, шторы с бахромой. А Дима — пацан, что «Ленту» стережет, С гитарой старой и открытой душой. Встречал её у третьего подъезда, Дарил цветы, украденные с клумб. Смеялась Лиза: «Господи, как звездно, Когда поет блатной, похожий на Иисуса». А у Лизы-лизоньки глаза — как два прицела, Цвета осени, заката и огня. Дима выпил бы, да совесть заела, Что не сдержит она сердечного коня. Ты прости, что я, как ветер, беспризорный, Что моя любовь — в наколках и в тату. Но для той, что носит имя Лизы, Я Владимирский централ переверну. Куплет 3 (мелодия инструментала/полушепотом): Лиз, ты слышишь? За окошком вьюга воет, А у меня — четыре стены и кипяток. Ворую твое имя у прибоя, Никто не знает, что я так одинок. Раскрасил бы весь мир для Лизы нашей В цвета малинового зарева и стрижей, Но жизнь — она как полная параша, Когда нет рядом самых нежных, нежных... «подожди, пишу для тех, кто старше». Припев (финальный, с нажимом): А у Лизы-лизоньки глаза — как два прицела, Стреляют прямо в сердце — не спасти. Дима знал одно большое дело — Через любую зону к ней прийти. Пусть меняет поезда и километры, Пусть звенят этапы, как тюремная струна, Но для Лизы моей, для Лизы светлой, Даже вечность отсидеть — не беда!