Клятва

(Низкое, тревожное вступление виолончели. Через несколько тактов вступает скрипка с резкой, плачущей мелодией) ​Там, где был дом — лишь серая мгла, Горизонт в огне, под ногами — зола. Память черна, мир в дыму растворен, Слышится эхо забытых имен... ​ (Виолончель переходит на размеренный, тяжелый ритм. Скрипка играет отрывисто, создавая напряжение) ​Я видел, как пламя сжирало края, В моих кулаках — лишь седая зола. Все те, кто был дорог, ушли в пустоту, Оставив мне крик и ночную тщету. ​Улицы в копоти, стоны в ночи, Звезды холодные — словно мечи. Той ночью никто не просил о пощаде, Тьма помнит всё в этом выжженном аде. ​ (Оба инструмента играют в полную силу. Скрипка ведет высокую, патетичную линию, виолончель создает мощный напор) ​Я дал обет — его не разорвать, Он жжет мне душу, не давая дышать. Путь ясен мой, сквозь камень и кровь — Час пробил им за всё воздать вновь! ​ (Музыка затихает. Виолончель тянет длинную, мрачную ноту. Скрипка едва слышно «шепчет» на заднем плане) ​Я шел сквозь руины, где холод и тлен, И ярость одна разоывала мой плен. Для каждой тени я стал воплощеньем, Забытого имени вечным отмщеньем. ​Я видел их башни — небесный обман, Я слышал их смех сквозь кровавый туман. (Скрипка резко взмывает вверх) Но стены задрогли, и блеск их угас, Когда наступил мой безжалостный час. ​ Я дал обет — его не разорвать, Он жжет мне душу, не давая дышать. Путь ясен мой, сквозь камень и кровь — Час пробил им за всё воздать вновь! ​ (Агрессивное пиццикато виолончели — струны бьют по грифу. Скрипка играет быстрые, хаотичные пассажи) ​Залы из золота — краденый свет, В душах холодных сочувствия нет. Я поднял кулак — и трон пошатнулся, Весь их порядок в огне захлебнулся. ​Где власть пировала — пепел и прах, Земля пропитала выжженный страх. Но клятва пульсирует в венах моих — Цепь, что навеки связала нас двоих. ​ (Виолончель постепенно замедляется, уходя в самый низкий регистр. Скрипка обрывает мелодию на высокой, резкой ноте) ​Клятва дана. Назад не свернуть. Огнем и железом проложен мой путь. Их время вышло. Конец у порога. В пепел падет золотая дорога.