Город не спит — он просто притворяется мёртвым

Город не спит — он просто притворяется мёртвым. Фонари глотают туман, асфальт блестит, как чёрное зеркало. Я стою у окна, в руках стакан с остывшим чаем, и внутри — тот же лёд, что снаружи. Никто не звонит. Хорошо. КУПЛЕТ 1 Три часа ночи — мой офис, мой монастырь, Столешница в купюрах, на экране — цифры, не молитвы. Я считаю не сон, я считаю ставки — Сколько стоит честь? Смотри, она на распродаже. Вырос там, где зимы девять месяцев в году, Где мечты замерзали раньше, чем успеешь их найду. Пацаны с района — кто в земле, кто за решёткой, Я пошёл по третьей полосе — по острой, по жёсткой. Мать не спрашивала — видела по глазам: Я вернусь не с работы — я вернусь по делам. Пальто на два размера больше, чтоб скрыть габариты, В кармане — телефон, записная, и — закрыто. Холод — мой персональный бронежилет, Кто не чувствует — тот не падает, запомни, брат. Я тушил в себе свет ещё в классе восьмом, Зато сейчас горю чужими деньгами — и это мой дом. ПРИПЕВ Подъём в темноте — не будильник, привычка, Ночь платит тому, кто не ждёт электричку. Внутри — вечный минус, снаружи — спокой, Деньги не греют, но лучше с деньгой. Подъём в темноте — я иду, ты лежишь, Ты считаешь овец — я считаю этажи. Холодный, пустой — но стою на своём, Ночь — моя смена. Работаю в ней. КУПЛЕТ 2 Встречи в подземных паркингах — нет, не кино, Просто бизнес в тех местах, где камер давно. Рукопожатие, пакет, кивок головой — Добро пожаловать в клуб без вывески, свой. Я не злой — я просто выучил правила раньше. Пока одни орали «честно!» — другие шли дальше. Система — не враг, она просто большой супермаркет: Бери, что лежит плохо — или сам станешь маркой. Деньги — не цель, они воздух, они инструмент, Без них ты идея без воплощенья — момент. Я видел, как рушится всё от одной нехватки — Папа, мама, квартира, надежда — в упадке. Поэтому я не сплю, поэтому я не грею. Поэтому в зеркале — взгляд, которому не верю. Но он правильный взгляд — в нём нет лишних вещей: Только ночь, только цифры, только шорох ключей. ПРИПЕВ Подъём в темноте — не будильник, привычка, Ночь платит тому, кто не ждёт электричку. Внутри — вечный минус, снаружи — спокой, Деньги не греют, но лучше с деньгой. Подъём в темноте — я иду, ты лежишь, Ты считаешь овец — я считаю этажи. Холодный, пустой — но стою на своём, Ночь — моя смена. Работаю в ней. КУПЛЕТ 3 Иногда проваливаюсь — вижу: двор, горка, снег, Себя лет в десять — смеюсь, лёгкий, без помех. Потом картинка гаснет — включается настоящее: Ноутбук, мессенджер, четыре входящих. Говорят, холодные люди — это сломанные люди. Может. Но сломанный нож режет точнее, будет. Я не прошу сочувствия — я прошу место за столом, Там, где делят по-настоящему, а не кивают с теплом. Ночь снова тянется — четыре, пять, светает, Город включается медленно — как машина, что не знает, Что кто-то уже отработал её смену до неё, Пока она спала — я держал своё. Может, это и есть холод — не злость, не презренье, Просто ты слишком долго один — и привык к этому бденью. Деньги стали языком, ночь — единс